Авдеева Н.В. Христианские женские персонажи в народном православии. - Статьи - Работы студентов - Каталог научных статей - Моя Наука
Моя Наука - международный сетевой журнал
Публикация научных и образовательных работ

Приглашаем посетить сайт: Ивановское отделение РФО
Каталог научных статей
Категории раздела
Тезисы [42]
Презентации [311]
Разное [11]
Статьи [9]

Меню сайта

Поиск

Новые материалы
"Оптимальный вариант"-Истина

О неразумности человека!

О необходимости достоверного понимания Духа.

Гармоничное мировоззрение. Основополагающие идеи и принципы.

Двигатель космолёта на эффекте гравитационного самоускорения

КРАВЧУК Ю.Б., ШИПІК Ю.В. РОЗВИТОК ІНВЕСТИЦІЙНОГО ПОТЕНЦІАЛУ: ПРОБЛЕМИ, ПРІОРИТЕТИ ТА ОСОБЛИВОСТІ

Происхождение Вселенной – гипотеза о веществолизации материи

Параллельный АЦП с возможностью каскадирования.

Квантовая механика против СТО

О ложном основании оксфордской интерпретации квантовой механики – многомировой интерпретации Эверетта

Путенихин П.В., Трехмерность бытия и теоремы Ферма и Пифагора

Путенихин П.В., Не-белловские квантовые запутанные состояния

Путенихин П.В., Мнимые парадоксы СТО. Подобия принципа относительности

Путенихин П.В., Материя, пространство, время

Путенихин П.В. Происхождение рукавов галактики Млечный Путь


Друзья сайта

Вход

Статистика




Онлайн всего: 2
Гостей: 2
Пользователей: 0

Приветствую Вас, Гость · RSS 11.12.2016, 09:04

Главная » Работы » Работы студентов » Статьи




Авдеева Н.В. Христианские женские персонажи в народном православии.



19.11.2014, 17:29
Христианские женские персонажи в народном православии
§ 1 Богородица

В процессе распространения христианства образ Девы Марии мог сливаться с определёнными дохристианскими божествами, с образом богини-матери. Как замечал В. М. Живов, в Западной Европе язычество не теряло культурного статуса, а на Руси стало анти-христианством, но не потеряло религиозного статуса , а «в качестве отдельных реликтов язычество сохраняется и в народных обычаях Западной Европы, однако там эти реликты не складываются в особую систему и в силу этого там не образуется столь характерного для восточного славянства двоеверия» .
Со временем христианские и языческие верования сплелись в систему синкретических. Почитание Богородицы было так велико, что она подчас представала творительницей мира, отождествлялась со Святым Духом, что, конечно, означало отступление от монотеизма: «сотворила и небо, и землю, и солнце, и месяц, и частыя звезды»; «перевозил Алексея сам Дух Святой, Мать Пресвятая Богородица…» Также Богородицу иногда считали одной из ипостасей Троицы, вместе с Иисусом и Николаем Чудотворцем. Но это не было сознательным искажением догматики. Даже в конце XIX вв. среди крестьян можно было заметить почти полное незнание основ христианского вероучения. Так, крестьянин мог носить крест, обвешанный наговорами и заклятиями, но не знать, кто распят на этом кресте, «…раздробленность культа, низкий уровень местной церкви, разнохарактерность христианского «материала» и его толкований, разновременность и различная степень приобщения к христианству социальных низов обусловили чрезвычайную пестроту христианских представлений, не просто включавшихся в архаическую систему воззрений, но активно воздействующих на нее, формирующих локальные и региональные особенности народной религии» .
В религиозном сознании русского народа Богородица (как и другие женские персонажи народного христианства) во многом приобретала черты богини Мокоши. Этот женский образ является общеславянским , Мокошь покровительствовала женщинам, прядению, плодородию; её представляли женщиной с большой головой и длинными руками, которая пряла по ночам в избе . Существовали поверья о нечистом духе по имени Мокоша, любившей прясть кужли, оставленные на ночь без молитвы (отсюда возникло выражение «не оставляй кужля, а то Мокоша опрядёт» ).А вот такие богини как Леля, Лада, Жива, Дива и некоторые другие оцениваются современными исследователями как очередной продукт «кабинетного мифотворчества» .
С почитанием Богородицы были связаны определённые запреты. Так, на праздник Благовещенья (25 марта по старому стилю) в этот день не работали, не зажигали вечером огонь, «веря, что и птичка в тот день не завьёт себе гнезда» .
К одним из самых известных относится запрет на матерную ругань. Его часто связывают с культом матери-земли, но называть его лишь реликтом язычества всё-таки некорректно. Г.П. Федотов отмечал, что «Богородица может сливаться с матерью-землей, олицетворением космоса. Это тождество было бы трудно доказать цитатами. Народ сохраняет дистанцию между миром божественным и земным, но, <…> переносит на матерь-землю значительную часть того комплекса религиозных чувств, которые обычно у него связаны с Матерью Божией.» Однако неодобрение ругани существует и в христианской традиции, и к культу земли отношения не имеет. Более того, как замечает Панченко, «все русские фольклорные тексты, где проводятся прямые параллели между Богородицей и матерью-землей, восходят к одному и тому же источнику — древнерусскому поучению против матерной брани, которое содержится в «Повести святых отец о пользе душевней всем православным христианом», а также в древнерусском апокрифическом сказании о Василии Великом. <…> И в этом поучении, и в производных от него текстов кощунственность матерных выражений объясняется тем, что они оскорбляют Богородицу, мать-землю и родную мать бранящегося. Все это, однако, еще не предполагает каких бы то ни было особых мифологических контекстов. Что касается земли, то она также мать человечества, но на несколько иных — ветхозаветных — основаниях: ведь согласно книге Бытия (2, 7), Бог создает первого человека из «праха земного». Поэтому соответствующая инвектива имеет отношение к и земле как праматери всех живущих. Для построения подобного силлогизма не требуется ни «язычества», ни особой «софийности» .
С богородичными праздниками были связаны определённые приметы. Например, в Благовещенье сберегалась просфора до следующего года, «тогда в ней окажется червяк, цвет которого укажет цвет скотины, какую нужно водить; если червяка не окажется — скота не будет» .
В Вятской губернии существовал обряд «троецыплятницы», представлявший собой яркий случай языческого реликта. Основу обряда составляла трапеза, участницы ( мужчинам участие запрещалось, если же их и допускали, то завязывали платок «по-бабьи»), а точнее, вдовы, не вышедшие замуж после первого замужества и сохранявшие целомудрие, съедали курицу, которая три раза вывела цыплят, причём ели в полнейшей тишине; кости от курицы бросали в воду или закапывали в землю . При этом обряд был окружен христианским антуражем: он мог проводиться в рождество Богородицы , а трапеза «была в подражание будто той святой трапезе, на которой Царица Небесная угощала жён-мироносиц и не занималась никаким разговором, а только слёзно воздыхала и молилась за род человеческий» .
В заговорах довольно часто обращались к Богородице, что противоречит каноническому христианству, осуждающему колдовство. Использовались иконы: одна орловская знахарка считала, что в снятии сглаза ей помогала икона Божией Матери «Сиропитательница» . Иконы на Руси часто называли «богами», и если человек не получал просимое, то икону могли подвергнуть поруганию; также могли уничтожить икону врага, по свидетельству анонимного польского автора во время московского восстания 1682 г. «предполагалось выбрасывать из церкви те иконы, которые каждый из них [русских] считает своим Богом и не позволяет никому другому поклоняться и ставить зажженных свечей» .
Богородица часто фигурирует в лечебных заговорах, она стоит на камне, окруженном морем (в заговоре от удушения бешеной собакой, от всяких болезней ) , или собирает росу на Сионской горе (от припадка) , или совершает трапезу в соборе(от боли в животе) , иногда — моет рукой больную часть тела, накрывает ризой субъекта заговора . В некоторых заговорах отражается непонимание, что различные богородичные иконы изображают одного и того же человека («Смоленская Божья Матерь, Калужская Божья Матерь…») , также могут призываться Почаевская, Белобережская, Троеручица, Казанская, Белыническая иконы Божьей Матери; иногда Марию даже замещают святые («Божьи Матери — Прасковья, [то есть Параскева] Настасья, Варвара» ).
В любовных заговорах могут использоваться образы Богородицы и Христа: «Как Мать Пресвятая Богородица горюет, скорбеет по Своему Сыну, так бы раб (имя) горевал бы и скучал бы по мне, рабе (имя); Как любил Христос свою Матерь Божию, так любил бы муж жену, а жена мужа» .
В редких случаях в заговорах обращаются к Богородице для успеха в охоте, ловле рыбы, чтобы не лягалась корова, для закрепления слов . В Ярославской области читали «Отче наш…» и «Богородица Дево, радуйся…» с конца к началу, чтобы сохранить зерно в амбаре от мышей .
Особняком стоит так называемый «Сон Богородицы» — апокрифический текст, предположительно восходящий к VI-VII вв., известный на Руси с XVII-XVIII вв., особенно популярный среди старообрядцев, молокан, духоборов; «Сон Богородицы» можно рассматривать как апокриф, духовный стих или заговор, хотя это жанровое деление отчасти и условно . Текст вариативен, но в основе — сновидение Богородицы, из которого она узнаёт о грядущем распятии Христа, а тому, кто перепишет сон обещается помощь, неуязвимость для злых сил, или даже избавление посмертных мук . Характерно, что к тексту относятся как к магическому, «важно не столько его содержание, сколько точное воспроизведение оригинала». Если С.В. Максимов в 1907 г. писал, что «переписчики тщательно прячут свою литературу не только от лиц духовного звания, но и вообще от интеллигентных людей, которые-де хотят ознакомиться с рукописями только из «праздного любопытства», а не по усердию истинно верующих христиан» , то при полевых исследованиях в 2007-2008 гг. наоборот, даже настаивали, чтобы были сделаны копии с рукописей .
Духовенство предостерегало от использования «Сна», пыталось изъять из обращения как «Сон Богородицы» (как и «Повесть о двенадцати пятницах») .

§ 2. Святая Параскева

Святая Параскева была одной из самых почитаемых святых. Имя Параскевы носили две мученицы: одна «была мученицей периода Римской империи» , родители назвали её Параскевой («Пятницей») из-за того, что почитали день распятия Христа ; другая — отшельница, жившая в Болгарии в конце X— начале XI в. У русских Параскева ( в народном сознании образ дня недели слился с образом святой) считалась покровительницей рукоделия, брака, ей молились для лёгкой жатвы , особую роль играли запреты на прядение, пахоту в пятницу, купание детей (если женщина забывала об этом запрете, она «продавала» ребёнка другой, а затем выкупила обратно, потом полагалось потратить грош в пятницу) . Гневом Параскевы объясняли появление лягушек — в них якобы превращались те, кто не почитал пятницу . Верили, что она наказывала женщин, которые пряли и шили в этот день «ногтоедом, заусеницею или болезнями глаз», нельзя было стирать, причём «особенно чреват опасностью момент кипячения белья» . Объяснить подобные представления житием святой нельзя. Как и иконы святого Николая, иконы Параскевы могли изначально признаваться чудотворными . Архангельские поморы в селе Шуя объясняли появление червоточин на старой иконе Пятницы так: «Истыкали наши беспутные женки нашу святую иголками, когда шили рубахи свои по пятницам» .
Большую популярность в народе имело «Сказание о двенадцати пятницах». Соблюдение поста в эти дни должно было обеспечить человеку безопасность в земной жизни — кто постился в первую пятницу великого поста, «тот человек внезапною смертию не умрет» . Кто постился во вторую пятницу— «перед Благовещением Пресвятой Богородицы…тот человек от неприятеля сохранен будет» и так далее. Десятая («…пятница пред Михаилом архангелом: кто сию пятницу постится, тот человек увидит имя свое написанным у пресвятой Богородицы на престоле» ), одиннадцатая («… пятница пред Рождеством Христовым: кто сию пятницу постится, тот человек при смерти своей увидит Пресвятую Богородицу» ) и двенадцатая («… пятница пред Богоявлением Господним: кто сию пятницу постится, тот человек увидит имя свое у Господа нашего Иисуса Христа в животных книгах» ) пятницы предвещали уже посмертные блага. «Сказание» не было частью одобряемых церковью сочинений: «…сказуют, что пятница гневается на непразднующих, и с великим на оных же угрожением наступает. Також поститися некиих именных дванадесять пятниц, а то для многих телесных и духовных приобретений; також собственно, аки важнейшия паче иных времен, службы почитать, обедню Благовещенскую, утреню Воскресенскую и вечерню Пятьдесятницы. Сия, на пример, воспоминаются, ибо оныя немногих и простых повреждают. Хотя и о немногих и о едином брате должно есть иметь понечение, да не соблазнится той, его же ради Христос умре; обаче суть сим же подобная учения, которая и честнейшим лицам за их простоту вероятна быти мнятся, и по тому вреднейшая суть» .
Почитание Параскевы принято связывать с культом Мокоши. Однако американская исследовательница Ив Левин (Eve Levin) считает, что почитание святой носило сугубо христианский характер. Она упрекала исследователей в том, что черпают сведения о средневековых представлениях из фольклорных данных XIX–XX вв. Но ретроспективный метод всё-таки в данном случае уместен, у крестьян хорошо сохранялись пережитки прошлого (и в какой-то мере сохраняются даже сейчас). Ю.М. Лотман и Б.А. Успенский отмечали, что «новая (христианская) культура в значительной степени конституировала себя, противопоставляя старой — и таким образом старая языческая культура в качестве анти-культуры выступала как необходимое условие культуры как таковой. Тем самым, та «новая культура», которая мыслила себя как отрицание и полное уничтожение «старой», практически являлась мощным средством сохранения этой последней, включая в себя как унаследованные тексты, так и сохраненные формы поведения при зеркальной перевернутости функций. В итоге бытовое православие является неоценимым источником для реконструкции восточнославянского языческого культа» .
В Стоглаве есть упоминание о народном почитании Параскевы и Анастасии: ««Да по погостем и по селом и в волостях ходят лживые пророки мужики и жонки, и девки, и старые бабы, наги и босы, и волосы отростив и рас-пустя, трясутся и убиваются, и сказывают, что им является святая Пят-ница и святая Настасия и велит им заповедати христианам канон; они же заповедают христианам, в среду и в пятницу, ручного дела не делати, и женам не прясти, и платья не мыти, и каменья не разжигати, а иные за- поведают богомерзкие дела творити. . .» . Левин интерпретирует это как сугубо христианское почитание, пусть и не санкционированное церковью. И данное утверждение небесспорно, но отчасти с ним можно согласиться.
Святая Параскева часто упоминалась вместе с Ильей Пророком. В. В. Иванов объяснял это тем, что Илья соотносился с Перуном, а Параскева с Мокошью, предполагаемой супругой громовержца . Левин объяснила это по-другому: тем, что Евфимий сравнивал Параскеву с Ильей в сочинённом им житии, обычаем «соблюдать пятницы перед большими праздниками, в том числе перед днём Ильи-Пророка», «оба образа были связаны с ярмарками в середине лета <…> обоим посвящались праздники на протяжении одной недели» . Впрочем, сама же исследовательница отмечает, что архангел Михаил, день почитания которого близок к дням почитания обеих Параскев, никак с ними не ассоциировался . Возможно, более архаичный пласт верований «наложился» на христианский.
Уязвимыми доводами Левин о сугубо христианском культе святой Параскевы является и объяснение, почему ей молились об удачном замужестве и почему церковь объявляла некоторые черты почитания языческими. Левин писала, что Параскева была покровительницей замужества благодаря словосочетанию «невеста Христова», встречавшемуся в её житии . Параскева здесь ничем отличалась от множества других женщин-святых, да и от обычных монахинь, причём не только православных, но и католических, например, святая Екатерина Сиенская «считала себя обрученной с ним [Христом] и носила на руке только ей видимое обручальное кольцо» . Да и сравнивать это с образом обычного брака некорректно. Также Левин считала, что культ Параскевы подвергался нападкам из-за гендерного фактора, «могущественный женский образ был неудобен для представителей церкви…» Но Волос мог соперничать в популярности с Мокошью, будучи персонажем мужского рода .
Изображения Параскевы ставили около родников, колодцев, чтобы умилостивить святую, ей «приносят жертву, бросая в колодец ткани, льняную кудель, выпряденные нитки и овечью шерсть. Этот обряд называется мокрида, что (как и связь Пятницы с водой) служит лишним свидетельством в пользу отождествления Пятницы с Мокошью».
Таким образом, нет достаточных оснований, чтобы отрицать слияние в народном православии образов Параскевы и Мокоши.

Источники и литература:
Живов В. М. Разыскания в области истории и предыстории русской культуры. М., Языки славянской культуры, 2002.
Федотов Г. П. Стихи духовные (Русская народная вера по духовным стихам) // Poetica [Электронный ресурс] Режим доступа: http://philologos.narod.ru/fedotov/powers.htm#bg
Звонков А. П. Очерк верований крестьян Елатомского уезда, Тамбовской губернии // Этнографическое обозрение, 1889, кн. 2.
Бернштам Т. А. Русская народная культура и народная религия // Советская этнография, 1989, №1, С. 96.
Иванов В. В. Мотивы восточнославянского язычества и их трансформации в русских иконах. // Избранные труды по семиотике и истории культуры. Т. 4. М., 2007.
Иванов В. В., Топоров В. Н. К реконструкции Мокоши как женского персонажа в славянской версии основного мифа // Балто-славянские исследования. 1982. М.: Индрик, 1983.
Юдин А.В. А.Н. Афанасьев. Поэтические воззрения славян на природу. Справочно-библиографический комментарий // Фольклор и постфольклор: структура, типология, семиотика [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.ruthenia.ru/folklore/judin5.htm
Преображенский А. Приход Станиловский на Сити Ярославской губернии Моложского уезда. //Этнографический сборник. Вып. 1, Спб, 1853.
Панченко А. Мать или мачеха? // «Отечественные записки» 2004, №1 // Журнальный зал [Электронный ресурс] Режим доступа: http://magazines.russ.ru/oz/2004/1/2004_1-1_11.html
Ушаков Д. Материалы по народным верованиям великорусов. // Этнографическое обозрение, 1896, № 2-3.
Зеленин Д.К. Избранные труды. М., Индрик, 1994.
Попов Т. Русская народно-бытовая медицина. Спб., 1903.
Успенский Б. А. Филологические разыскания в области славянских древностей (Реликты язычества в восточнославянском культе Николая Мирликийского) // Библиотека Гумер [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Culture/usp/03.php
А.В. Юдин. Ономастикон русских заговоров. // Фольклор и постфольклор: структура, типология, семиотика [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.ruthenia.ru/folklore/judin1.htm
И. Ковальчук. Образ сравнения в русских любовных заговорах // Науковi записки. Серія: філологічні науки. Вып. 75 (4). Кіровоград , 2008.
Е.Е. Левкиевская. Славянский оберег. М., 2002.
Сергеева Е.В., Соколова А.Д., Юдкина А. Б. Распространение и вариативность заговора «Сон Богородицы» в Селивановском районе Владимирской области. // Религиоведение, 2009, № 2.
С. В. Максимов. Нечистая, неведомая и крестная сила. // Библиотека Мошкова [Электронный ресурс] Режим доступа: http://az.lib.ru/m/maksimow_s_w/text_0120.shtml
Левин И. Христианские источники культа св. Параскевы.// Левин И. Двоеверие и народная религия в истории России / пер. с английского А.Л. Топоркова и З.Н. Исидоровой. М., 2004.
Житие и страдание святой великомученицы Параскевы. // Приход храма святой великомученицы Параскевы Пятницы [Электронный ресурс] Режим доступа: http://pogost.fecity.ru/zitie.html
Материалы для географии и статистики России, собранные офицерами генерального штаба. Калужская губерния. Ч. 2. Спб., 1864.
Минх А.Н. Народные обычаи, суеверия, предрассудки и обряды крестьян Саратовской губернии. Спб., 1890.
Духовный регламент 1721 г. // Православная электронная библиотека [Электронный ресурс] Режим доступа: http://lib.pravmir.ru/library/readbook/1340
Лотман Ю.М., Б.А. Успенский. Роль дуальных моделей в динамике русской культуры.// Фольклор и постфольклор: структура, типология, семиотика [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.ruthenia.ru/archiv.html?topic=all&fromday=01&frommonth=01&fromyear=2005&tillday=07&tillmonth=12&tillyear=2005&start=11
Стоглав. Казань, 1862.
Иванов В.В. Мотивы восточнославянского язычества и их трансформации в русских иконах. // Избранные труды по семиотике и истории культуры. Т. 4. М., 2007.
Логиш С.В. Екатерина Сиенская. // Библиотека итальянской литературы Biblio Italia [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.belpaese2000.narod.ru/Teca/Tre/cater.htm


Категория: Статьи | Добавил: nawdeewa2010 | Теги: Православие в истории отечественной
Просмотров: 1421 | Загрузок: 0

Похожие работы:
Найдем Все!


Структура: Главная » Работы » Работы студентов » Статьи

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]




При использовании материалов сайта Моя Наука http://moianauka.ru в том числе Авдеева Н.В. Христианские женские персонажи в народном православии. категории Статьи раздела Работы студентов модуля Каталог научных статей - прямая открытая ссылка на источник обязательна.
Все права защищены. © moianauka.ru 2011-2016.
Protected by Copyscape DMCA Takedown Notice Infringement Search Tool
Используются технологии uCoz
Кнопка рейтинга Business-Key Top Sites Український рейтинг TOP.TOPUA.NET RATING ALL.BY LightRay Дайвинг - рейтинг DIVEtop ****** TOPlist ****** Томск --------------------------- Рейтинг SIMPLETOP.NET Топ100- Общественные науки ---------------------------
Besucherzahler russian girl
счетчик посещений
Besucherzähler hot russian women
contatori per blog
web clocks relojes html
Contatore
Besucherzahler find ukraine women in ukraine
website counter
contadores de visitas ukraine brides
contatori per blog
besucherzähler contador de visitas
Contatore per sito